Автор: Светлана Охрименко, Горловская епархия. Напечатано в журнале "Радость моя", Донецкая епархия
Принятие христианства многое изменило в жизни наших предков, но было это не скорым и не простым делом. Из всех двенадцати сыновей князя Владимира в христианской вере воспитывались только двое младших, Борис и Глеб, которые родились незадолго до Крещения Руси. Старшие сыновья крестились – кто искренне, а кто, как позже выяснилось, – лицемерно…
Князь Борис с дружиной возвратился из похода на печенегов. Дома его ждала печальная весть: умер его отец, князь Владимир.
Когда Борис оплакивал отца, к нему пришла верная дружина.
— Вот у тебя отцовская дружина и войско. Пойди, сядь в Киеве на престоле, – предложили они.
Борис был законным наследником князя Владимира, и власть должна была перейти к нему. Святополк знал об этом, но для него власть была важнее чести и совести. В то время он оказался в столице. Обманом и насилием Святополк занял престол. Чего можно было ожидать от такого правителя в будущем? Поэтому дружина так волновалась и советовала Борису идти на Киев.
Но князь Борис решил по-другому:
— Не подниму руки на брата своего старшего. Отец у меня умер – пусть он будет мне вместо отца.
Удивленная дружина разошлась, и князь остался один. А тут подоспели и Святополковы послы:
— Хочет жить брат с тобой в мире и любви, – передавали они Борису слова нового Киевского князя, – и придаст тебе еще земель к полученному от отца владению.
Думаешь, все закончилось миром? Не тут-то было! Святополк, за свое коварство позже прозванный «окаянным», на самом деле замыслил другое. Пришел он ночью в Вышгород, собрал бояр и говорит:
— Преданы ли вы мне всем сердцем?
— Согласны головы свои положить за тебя! – ответили они, ожидая нового военного похода.
Но князь хотел от них не доблести, а подлости, призывал не к защите Родины, а к убийству брата:
— Не говоря никому, ступайте и убейте брата моего, Бориса!
И среди вышгородских бояр нашлись такие, кто согласился на преступление. Но не все были готовы взять на себя грех убийства – и вот уже к Альте скачет посланец из Вышгорода с тревожной вестью: «Борис, уходи, собирай дружину – твой брат Святополк ищет тебя убить!». Быстро скачет его конь – но не быстрее ли кони задумавших беззаконие? Слава Богу, успел: все тихо, князь Борис цел-невредим, вот гонец уже разговаривает с ним. Но не понимает вышгородец, почему князь так спокоен, не торопится седлать коня, а, напротив, возвращается в шатер и становится на молитву. А тем временем убийцы все ближе и ближе…
— Господи Иисусе Христе! – молился Борис. – Как Ты явился на землю ради нашего спасения, собственною волею дав пригвоздить руки Свои на кресте, и принял страдание за наши грехи, так и меня сподобь принять страдание. Я же не от врагов принимаю это страдание, но от своего же брата, и не вмени ему, Господи, это в грех!
После молитвы лег князь на свою постель и притворился спящим. Подлые убийцы ворвались в шатер и пронзили его копьями. А Святополку Окаянному мало было крови: послал он своего гонца и к Глебу в Муром.
— Приезжай сюда поскорее, отец тебя зовет: сильно он болен!
Не теряя времени, молодой князь собрался и поехал. Уже в пути застала его весть от сестры Предславы о смерти отца и убийстве брата. Как и Борис, Глеб отказался поднять руку на Святополка, и тоже был убит.
Прошло совсем немного времени, и князья Борис и Глеб были прославлены в лике святых. Церковь называет их страстотерпцами. Но в чем же их подвиг? Когда люди умирают за веру во Христа – мы называем их мучениками. Но святых князей никто об их вере не спрашивал, и убили их вовсе не за нее, а в борьбе за власть. Какой смысл в том, чтобы без
сопротивления погибнуть от рук убийц?
Святые братья сделали то, что было еще непонятно для языческой Руси, привыкшей к кровной мести. Они показали, что за зло нельзя воздавать злом даже под угрозой смерти. Им хватило мужества поставить любовь к брату выше собственной жизни. И пусть по земным меркам Борис и Глеб казались проигравшими – у Бога они оказались победителями. Недаром именно святые князья-страстотерпцы Борис и Глеб являлись и святому Александру Невскому накануне Ледового побоища, и святому Димитрию Донскому в день Куликовской битвы, вдохновляя их на подвиг и предсказывая победу в решающей битве с врагом.
