Автор: Светлана Охрименко, Горловская епархия. Напечатано в журнале "Радость моя", Донецкая епархия
Морякам всегда радостно после долгих странствий возвращаться домой. Но чем ближе берег, тем на сердце становится тревожнее. Ведь теперь нужно быть особенно внимательными, чтобы не налететь на риф или не сесть на мель. Особенно тяжело морякам приходится ночью и в непогоду, когда трудно понять: то ли до берега рукой подать, то ли еще плыть и плыть. А пронесется шторм – и вот уже равнодушные волны выбрасывают на песок обломки затонувших кораблей.
Чтобы судна благополучно подходили к берегу, возле портов сооружают маяки. Самый известный из них стоял на острове Форос в Средиземном море. Этот остров расположен рядом с египетским городом Александрия. Форосский маяк и сейчас считается одним из семи чудес света. Он был построен в третьем веке до Рождества Христова и за 1600 лет, пока сильное землетрясение не разрушило его, спас жизнь тысячам моряков. Ночью он указывал им путь в Александрийскую бухту светом пламени огромного костра, отраженного бронзовыми зеркалами, а днём – столбом дыма.
Был в Александрии еще один «маяк», который указывал путь учёным древнего мира – это Академия. Именно в её стенах семьдесят мудрецов перевели книги Ветхого Завета на греческий язык. В то время греческий был языком, который использовали, чтобы люди из разных стран могли понять друг друга. На нём заключали международные договоры и писали стихи. Каждый образованный человек обязан был владеть греческим языком. Благодаря переводу семидесяти многие язычники лучше понимали апостольскую проповедь и приходили к вере в Господа Иисуса Христа, пророчества о Котором они уже знали. А когда христианство распространилось и по египетской земле, которая в то время входила в состав Римской империи, то одним из государственных языков стал греческий. В Александрии возникла одна из трёх крупнейших богословских школ.
В те времена (IX век от Р.Х.), о которых хотелось бы рассказать тебе, дорогой друг, слава Александрии клонилась к закату, а о маленьком острове Форос вспоминали только моряки да тюремщики, которые несли там службу. В темницу на этом острове император приказал посадить игумена Стефана.
Чем же он провинился? Может быть, Стефан кого-то убил? Напротив, по его святым молитвам исцелялись смертельно больные люди. Может быть, он кого-то ограбил? Напротив, он хранил данный при постриге обет нестяжания – жил в добровольной нищете. За что же Стефана ведут на суд?
На суде любимого народом игумена Стефана, вокруг кельи которого когда-то вырос целый монастырь, обвинили в том, что он почитает святые иконы. Надо сказать, что в то время по всей Византийской империи распространилась ересь иконоборчества. Ересь, как ты помнишь, это заблуждение, искажение истинного учения Христова. Еретики сжигали иконы, заявляя, что писать образа и молиться перед ними нельзя. Во главе еретиков стоял известный своей жестокостью и развращенностью император Константин Копроним, правивший в то время. Он не только не прекращал гонений на православных христиан, но и созвал иконоборческий собор, объявивший иконы идолами. То, что на этом лжесоборе не было ни одного из семи патриархов Церкви, императора не смутило.
Святой Стефан не мог мириться с этим. Он мужественно обличал еретиков, объяснял, почему к святым иконам нужно относиться так же, как к тем, кто на них изображён. Император лестью и подкупом, а потом клеветой и угрозами пытался принудить Стефана стать на сторону иконоборцев, но тот оставался непреклонным...
Судьи-иконоборцы говорили много громких слов и красивых фраз, доказывая вину святого Стефана. В ответ он показал им золотую монету с изображением императора и спросил: «Что бы вы сделали, если бы кто-нибудь бросил эту монету на землю и стал топтать её ногами?» «Как что? – удивились судьи. – Такой человек немедленно был бы схвачен и казнён за то, что обесчестил образ императора!» На это Стефан сказал: «Ещё большая кара ждёт того, кто бесчестит образ Небесного Царя и Его святых!» Судьям нечего было возразить мужественному игумену, но на их стороне была власть. Святого Стефана вновь бросили в темницу.
Когда император узнал, что Стефан и в темнице не перестаёт отстаивать истинность Православия и обличать ересь, он рассвирепел и приказал убить святого. Но слуги императора, которым было поручено это, увидев сияние Божественного света вокруг лица узника, просили у него прощения и молитв о них, а императору солгали, что исполнили приказ. Через несколько дней Константин узнал, что игумен Стефан всё ещё жив, и послал к нему других воинов. Когда воины казнили преподобного Стефана, над соседней горой поднялось огненное облако, а по городу пронеслась небывалая буря…
...Прошло несколько десятилетий, и благодаря мужеству и терпению святого Стефана и других защитников почитания святых икон иконоборчество было осуждено как ересь. Поэтому, дорогой друг, мы с тобой имеем возможность молиться Господу Иисусу Христу, Пресвятой Богородице и святым угодникам Божиим, изображения которых мы видим на иконах.
Нашу жизнь часто сравнивают с морем, по которому мы плывём к тихой гавани – Царствию Небесному. На этом море тоже бывают бури. Бывает и так, что наш корабль терпит различные бедствия: то порывом ветра срывает парус, то стрелка компаса, вместо того, чтобы показывать верное направление, начинает нас обманывать... Но как люди строят для моряков маяки, так и Господь являет нам святых. Они, как маяки, показывают верный курс, освещая наш путь светом Христовой любви, чтобы и мы через все бури и беды всё-таки достигли радостной встречи с Богом.
